Историк Асташкин объясняет, как оливье стало символом Нового года в России, раскрывая его культурное значение и исторические корни.
Новый год остаётся одним из самых обожаемых праздников в России благодаря многочисленным традициям, которые на протяжении многих лет связывают людей по всей стране. В различных уголках России люди накрывали похожие праздничные столы и в одно и то же время смотрели одни и те же фильмы, что способствовало объединению разных поколений и социальных групп. Историк Дмитрий Асташкин в интервью с «ФедералПресс» рассказал, как складывались эти обычаи.
По словам эксперта, интеграция Нового года в личную жизнь граждан Советского Союза происходила постепенно. Ритуалы, которые сейчас считаются обязательными — такие как салат оливье, шампанское и праздничный стол, сформировались под воздействием нескольких факторов. Существует мнение, что значительное влияние оказал фильм «Карнавальная ночь», однако Асташкин подметил, что данная кинокартина скорее официально подтвердила и распространила уже существующие традиции, чем создала их.
Историк отметил, что раньше Новый год в СССР воспринимался как общественный и производственный праздник. Его отмечали в детских садах и трудовых коллективах, где одним из уважаемых работников был Дед Мороз, вручавший подарки и подводивший итоги прошедшего года. «Карнавальная ночь», по его мнению, отразила именно такую концепцию — коллективное празднование с ироничным подходом к бюрократии. При этом сам феномен новогоднего корпоратива существовал задолго до выпуска фильма, хотя кино и добавило ему узнаваемых визуальных элементов.
Переход от коллективного празднования к семейному, по словам Асташкина, происходил постепенно. Желание проводить Новый год с близкими существовало всегда, но реальные возможности для этого появились позже. Массовые домашние застолья с угощениями стали популярны лишь в 1960–1970-е годы, когда улучшилось снабжение, увеличился уровень жизни и многие семьи получили отдельные квартиры. В этот период, благодаря таким фильмам, как «Ирония судьбы», утвердился образ Нового года как тихого семейного праздника.
Исследователь также отметил, что новогодние традиции значительно отличались в зависимости от региона и доступности продуктов. Обычай оставался живым и эволюционировал с течением времени. Образ Деда Мороза тоже изменялся в соответствии с эпохой: в годы хрущёвских реформ его могли изображать как строителя, олицетворяющего массовое строительство жилья, или метростроевца, который вводил в эксплуатацию новые станции.
Гастрономические символы Нового года — мандарины и шампанское — также не вошли в традицию одновременно. Асташкин напомнил, что, например, в декабре 1941 года мандарины были отправлены детям блокадного Ленинграда, чтобы приподнять моральный дух жителей осаждённого города.
Специалисты отмечают, что оливье, возникший в XIX веке благодаря шеф-повару Люсьену Оливье, стал основой новогоднего стола именно из-за своей доступности и разнообразия ингредиентов. Салат легко адаптировался под разные вкусы и сезонные продукты, что делало его универсальным блюдом. В период дефицита в советское время оливье стало символом праздника, так как его готовили на праздничные мероприятия и встречи с друзьями. Эта традиция сохранилась и по сей день, оливье по-прежнему занимает центральное место на новогодних столах.
